Украина неожиданно активизировала свою политику на белорусском направлении, но не через диалог с официальным Минском, как это делают США, а через сближение с его противниками в изгнании. До сих пор Киев стремился без необходимости не провоцировать Александра Лукашенко, чтобы тот не стал активнее помогать России в войне. Но теперь от прежней сдержанности отказались в пользу поддержки белорусской оппозиции.

Есть несколько возможных объяснений смены подхода в Киеве, но куда меньше ясности в том, какими могут быть следующие реальные шаги украинского руководства. Потенциал взаимной эскалации между Киевом и Минском остается либо в символических жестах, либо в настоящем военном обострении, но последнее не нужно никому из них.

Внезапный новый курс

На недавнем форуме в Давосе президент Украины, критикуя Европу за нерешительность, среди прочего припомнил ей пассивность в 2020 году, когда в Беларуси шли массовые протесты. По словам Зеленского, если бы белорусам тогда помогли, сегодня их страна не была бы источником угрозы для Украины и всей Европы.

Через три дня в Вильнюсе на церемонии, посвященной антироссийскому восстанию 1863 года, которое прокатилось по землям Польши, Литвы, Украины и Беларуси, Зеленский уделил больше трети своего выступления белорусскому вопросу. Помимо комплиментов белорусам, которых украинский лидер всегда отличал от режима или россиян, Зеленский вставил в речь уколы в адрес Лукашенко — например, что сегодня у его белого шпица больше прав, чем у белорусов.

Затем украинский президент провел первую полноценную встречу со Светланой Тихановской, хотя ранее Киев таких контактов избегал. Как заявляют в офисе лидера белорусской оппозиции, инициатива исходила от команды Зеленского.

Раньше украинское руководство относилось к Тихановской куда скептичнее. Ее критиковали за то, что она недостаточно быстро определилась с позицией по Крыму и войне. А в слишком интенсивных контактах с белорусской оппозицией Киев видел для себя мало смысла и лишний раздражитель для Лукашенко. В то время как главной целью украинской политики на белорусском направлении было снизить вероятность того, что Минск углубит свое участие в войне.

Теперь же Зеленский пошел в обратную сторону: он пригласил Тихановскую в Киев и объявил, что вскоре назначит спецпредставителя по работе с белорусскими демсилами. Эта должность существовала какое-то время после отзыва посла из Минска, но год назад занимавший этот пост дипломат Игорь Кизим ушел в отставку, а сменщика ему до сих пор не назначили.

Глава МИД Украины Андрей Сибига подтвердил, что белорусский трек заслуживает «отдельной системной политики», анонсировав развитие отношений с оппозицией, новые санкции и попытки привлечь Лукашенко к международной ответственности.

Параллельно с этим в Киеве арестовали по обвинению в шпионаже белорусскую журналистку Инну Кардаш, раньше сотрудничавшую со СМИ пророссийского олигарха Виктора Медведчука. Судя по объему опубликованной прослушки и кадров скрытой съемки, она давно была в разработке СБУ, но арест и громкое разоблачение совпали по времени с общей сменой отношения Киева к Минску и белорусской оппозиции.

Накопившиеся раздражители

Для столь резкой смены курса Киева в отношениях с Минском накопилось много причин. Но необходимым условием для этого был уход Андрея Ермака с поста главы офиса Зеленского. Как подтверждают источники и в Украине, и в белорусских демсилах, Ермак был главным противником развития отношений с Тихановской.

Новый глава офиса президента Кирилл Буданов уже был заметен на белорусском направлении: он организовывал недавний прием более сотни политзаключенных из Беларуси, включая пятерых украинских граждан, и разговор освобожденных лидеров оппозиции с Зеленским.

Но дело не только в смене Ермака на Буданова. Скорее, в украино-белорусских отношениях давно накапливались новые обстоятельства, которые сейчас привели к развороту курса.

Среди причин охлаждения Киева к официальному Минску украинские спикеры, включая главу МИД Сибигу, называют более активное вовлечение Беларуси в военные действия и маневры России. Сам Зеленский уже несколько раз заявил об угрозе всей Европе от размещенного в декабре на востоке Беларуси «Орешника», хотя независимых доказательств наличия там пусковой установки и самой ракеты пока не было.

Также Киев указывает, что в последнее время российские дроны стали использовать для координации ударов и обхода украинской ПВО вышки мобильной связи, размещенные в приграничных районах Беларуси.

Если это действительно так, то разворот в сторону большего участия белорусской инфраструктуры в обстрелах Украины означает перелом трехлетнего тренда. С осени 2022 года степень вовлечения Беларуси в военные операции России снижалась вплоть до того, что к концу 2023 года число российских военных в Беларуси упало до примерно двух тысяч, что близко к довоенным цифрам. А белорусские аэродромы покинуло большинство российских самолетов, включая радиолокационные А-50, один из которых украинские спецслужбы успешно поразили FPV-дронами в 2023 году.

Возвращение Минска к более активному военному сотрудничеству с Москвой могло подтолкнуть Киев задуматься о новом подходе к Беларуси. Причем сделать это в момент, когда оценка рисков от Лукашенко сильно отличается от той, что была в 2022-м. Все более эфемерной выглядит угроза вступления в войну белорусской армии, учитывая несоизмеримость ее численности с более чем миллионом военных с обеих сторон на фронте. Способность Украины своими дронами и ракетами поразить любую точку в Беларуси также добавляет Киеву уверенности.

Наконец, в повороте к Тихановской можно усмотреть шаг Зеленского к укреплению альянса Украины с ЕС. Трамп размораживает отношения с Лукашенко, и в меньшей степени — с Путиным, делая это к явному неудовольствию Европы, особенно западных соседей Беларуси — Польши и стран Балтии. Украина же, рассчитывая на поддержку ЕС и скорое вступление в него, синхронизирует с блоком и свою белорусскую политику.

Непересекающиеся миры

Пока неясно, к каким реальным результатам может привести разворот Киева к Тихановской. Украинская власть и белорусская оппозиция существуют в разных измерениях. Первая ведет войну, где дипломатия должна находить оружие, ресурсы и союзников, которые могут их дать. Вторая — это символическое представительство альтернативной Беларуси, занятое в основном международной правозащитой.

Точки пересечения тут неочевидны. Киев не вооружит белорусскую оппозицию для похода на Минск и даже не отправит туда собранный из белорусских добровольцев полк Калиновского. А кабинет Тихановской не соберет деньги на ракеты-перехватчики для Patriot и не организует партизанскую сеть в тылу врага.

Ожидаемый визит Тихановской в Киев, безусловно, будет громким событием. Возможно, это приведет к снятию каких-то правовых ограничений для белорусской диаспоры в Украине, вроде проблем с легализацией и доступа к банкам. Открывается окно и для общего улучшения отношения украинцев к белорусам.

Но если в команде Зеленского рассчитывают на встречный эффект — что через поддержку оппозиции, которая шестой год находится в изгнании, можно всерьез повлиять на настроения белорусов в Беларуси, то это будет не слишком выполнимой задачей. Сторонники демсил и так настроены проукраински, но за любое высказывание об этом они рискуют сесть в тюрьму. А достучаться до остальных помешает жесткая цензура и засилье российской и белорусской пропаганды.

Интереснее вопрос, как новый украинский курс повлияет на поведение Минска. Пока белорусские власти ответили лишь тем, что спустили с цепи антиукраинскую пропаганду. Но и официальный ответ — вероятно, вопрос времени. Даже если Лукашенко выдержит паузу сейчас, он будет вынужден реагировать, когда Тихановскую официально примут в Киеве и назначат спецпредставителя по контактам с ней.

В ответ Минск может выслать остающихся в посольстве украинских дипломатов или придумать встречный символический укол, вроде визита Лукашенко в Крым. Отказ помогать с российско-украинскими обменами пленными и погибшими через Беларусь менее вероятен. Это бы противоречило собственным интересам Минска, в том числе попыткам подружиться с Вашингтоном, подавая себя региональным миротворцем. Более активная поддержка российской войны и вовсе похоронила бы эти надежды.

Не говоря уже о том, что до сих пор нет никаких признаков того, что Минск когда-то отказывался от важных для России форм военной помощи, а теперь может их реализовать. Решения об этом принимает Москва исходя из своих военных нужд, среди которых вряд ли есть поддержка Лукашенко в дипломатических демаршах. А добровольно, по примеру КНДР, посылать белорусскую пехоту на фронт, чтобы ответить на визит Тихановской в Киев, было бы явным перебором.

Пока сложно предсказать, каким маршрутом пойдет новая украинская политика в отношении Беларуси. Зато гораздо легче определить, куда она точно не пойдет. Тают надежды Минска расширить свою роль в украинском мирном процессе и сразу после войны разморозить торговлю с Украиной или использовать ее логистику для своего экспорта в третьи страны. Киев показывает, что не намерен различать оттенки среди своих врагов, и Лукашенко стоит поискать возможности для собственной легитимизации в другом месте.

Ссылка, которая откроется без VPN, — здесь.